Статьи


трио "МЕРИДИАН": 25 лет в одном формате

Я прекрасно знаю трио "Меридиан". Я ничего не знаю об этом трио. С такими двумя взаимоисключающими мыслями я пришел на встречу с Надеждой Лукашевич, Николаем Сметаниным и Алексеем Подшиваловым. 30 ноября коллектив будет отмечать четверть века своей творческой деятельности. На самом деле, конечно, первая репетиция ансамбля была 1 апреля 1975 года. Но праздновать тогда, когда еще не прошел год со смерти Владимира Ситанова, нельзя было. Ни по человеческим законам, ни по музыкальным. Ведь тогда еще Алексей Подшивалов не стал настоящим "меридиановцем", а "Меридиан" без слова "трио" перед названием - это не "Меридиан". А сейчас это снова трио, в чем мы и убедимся 30 ноября.
Корр.: Что вы представите зрителю на концерте: старые песни, за которые вас любят, или новые, никому не известные, за которые еще должны полюбить?

НИКОЛАЙ СМЕТАНИН: Концерт называется "Вчера. Сегодня. Завтра". Это определенное подведение итогов, плюс настоящее, плюс то, что мы собираемся делать.
НАДЕЖДА ЛУКАШЕВИЧ: У "Меридиана" свой устоявшийся репертуар. Если у артиста есть стоящие вещи, они остаются с ним на всю жизнь. Хочет он этого или не хочет, а публика будет требовать. Поэтому лучшие "меридиановские" песни, которые мы сделали вновь с Лешей, обязательно прозвучат.
Корр.: Так ли уж необходимо было сохранять именно трио? Вы смогли бы выступать дуэтом?
Н. С.: Мы даже не думали об этом. Словосочетание "Трио "Меридиан" было так неразделимо, что никому в голову не приходило, что будет что-то другое.
Н. Л.: Есть вещи, с которыми уже не поспоришь. Или надо начинать все сначала, с другим названием, что нам уже поздновато. И вряд ли возможно…
Н. С.:И вряд ли нужно.
Корр.: Изменился ли ваш репертуар? Ведь Николай известен в городе как композитор, и вы могли бы построить свои концерты исключительно на его песнях. Раньше для вас писали известные, что называется, "советские композиторы"…
Н. Л.:Микаэл Таривердиев, в основном.
Корр. Как это было?
Н. С.: Да, начали мы с того, что Микаэл Таривердиев дал нам свой только что написанный, причем камерного звучания, вокальный цикл на стихи Андрея Вознесенского "Запомни этот миг". Он нам предложил работать - и не по его старым песням, а исполнять его новую музыку. Но мы очень любили и его старые песни, и в концерты постоянно входили песни, спетые до нас. Еще мы постоянно записывали песни для кинофильмов, то есть тоже новую музыку. Так что примерно половина песен Таривердиева, которые мы исполняли, были написаны для нас, а другая половина - еще до нас.
Корр.: А собственные песни вы когда начали включать в репертуар?
Н. С.: Сразу же. Вот песня "Снег идет" на стихи Пастернака - она еще с тех времен, когда мы были самодеятельным коллективом. Это было всегда, но понемногу.
Корр.: А в последних программах?
Н. С. Соотношение примерно такое же - немного своих, Таривердиев и песенная классика.
Корр.: Вы считаете, что именно этого хочет ваш зритель?
Н. Л.: Этого в первую очередь хотим мы.
Н. С.: Мы всегда делали то, что хотелось. И уж если зашла речь обо мне как о композиторе, то я никогда много не сочинял. На моих песнях нельзя было построить репертуар. Мы об этом и не думали.
Н. Л.: Все, что мы делаем, - это абсолютная вкусовщина. То, что нравится, то и поем. Бывало так, что записывали и выучивали некоторые песни Николая, Микаэла Таривердиева, других композиторов, но потом что-то происходило, и они уходили из репертуара. А от других песен так просто не избавишься, потому что это наше. Поешь в тысячный раз, и все равно это не становится для тебя тяжким грузом. Эти песни проверяются временем.
Корр.: Когда я впервые услышал "Меридиан", он уже был всесоюзно известным коллективом, если судить хотя бы по частоте появления на телевидении. Для, нас, ивановцев, трио остается таким же известным, как и тогда, даже перешло в разряд некой легенды. Но мы необъективны, потому что гордимся вами как земляки. А является ли сейчас трио "Меридиан" известным в России?
Н. С.: Является. Тут нельзя кривить душой - последние наши поездки это показывают. Так далеко, как раньше, например, на Дальний Восток, мы уже не ездим, дорога слишком дорога, но в Нижнем Новгороде, Ярославле, Волгограде - там, где мы недавно были, мы видели, что наш зритель приходит, он заполняет зал, с таким же интересом слушает и пишет записки, они помнят наши прежние выступления.
Н. Л.: Безусловно, если бы у нас была возможность появляться на экране телевидения, то вопрос подобного рода даже бы не возникал. Естественно, сейчас телевидение правит бал, потому что шоу-бизнес делается только через раскрутку на ТВ. Там показывают людей, большинство которых я в глаза не видела, потому что они работают по ночным клубам. Мы не входим в этот формат, как множество нормальных артистов, которые еще поют и собирают залы. Что делать, если мода, которая приходит и уходит, требует примитивной мелодии, на которую накладываются не менее примитивные слова. А мы продолжаем петь песни Таривердиева, потому что они нам близки, и мы знаем, что нашим слушателям тоже. Он говорил, что самое главное не мода, а то, что есть за душой артиста, его профессионализм, его личностные качества.
Корр.: Как организуются ваши концерты: вы предлагаете свои услуги или вас зовут?
Н. Л.: Мы в этом плане очень избалованы. У нас никогда не было менеджера. Мы как работали в Ивановской филармонии, так и сейчас в "Госконцерте", бюджетной организации. Продюсер, который предварительно ездит по городам, проводит промоушн и привозит артиста на готовое, или хотя бы администратор нам до определенного времени и не был нужен. Нам звонили - лично мне или в филармонию - и приглашали. Мы не чувствовали себя изгоями, живя в Иванове, для нас вовсе не обязательно было жить в Москве. Сейчас, безусловно, мы находимся в очень невыгодных условиях, потому что Иваново для шоу-бизнеса --это обочина, провинция. Триста километров от Москвы уже считается очень далеко. Хотя вчера нам звонила администратор зала "Россия" и пригласила нас на 27 декабря выступить в предновогоднем концерте. Так что мы барахтаемся каким-то образом, но в основном поем в Иванове.
Корр.: А на музыкальные фестивали вас приглашают?
Н. Л.: А их же не проводят сейчас. Вы какие имеете в виду?
Корр.: Ну, раньше их было море. "Славянский базар" в Витебске…
Н. Л.: Там мы были.
Н. С.: Практически, других больше и нет.
Н. Л.: Мы гораздо ближе к кино. Вот на кинофестивали нас приглашают. В этом году были на "Кинотавре". Мы же не звезды первой величины, которых приглашают каждый год, но каждый год почти никто не ездит - ведь зрители приходят одни и те же.
Корр.: Раньше артисты, работающие в филармонии, зарабатывали очень мало. А сейчас без раскрутки на телевидении, концертов по всей стране, наверное, выжить вообще невозможно? Вы зарабатываете себе на жизнь концертной деятельностью?
Н. Л.: Как видите, мы не в лохмотьях, живем не жалуемся. Но мы находимся вне шоу-бизнеса, в котором крутятся большие деньги. Мы не продюсеры, мы артисты.
Н. С.: Богат же не тот, у кого много, а тот, кому достаточно. Отсутствие денег - беда всей нашей культуры. Нам и киношники говорят: вот, мы крутимся на кинофестивалях, но кино-то все равно не снимаем.
Корр.: А как в трио вошел Алексей? Вы раньше были знакомы?
Все: Нет.
Н. С.: После Володиной смерти мы первое время вообще были не в состоянии что-то предпринимать и даже не знали, будет ли "Меридиан", но потом твердо решили: должен быть, поскольку именно Володя его и организовал. Надо было продолжать жить. Мы решили просмотреть несколько кандидатов на его место. Это не было пустое место: оставалась гитара Володи, его дух там витал, надо было только найти конкретного человека. Леша Подшивалов был восьмым или девятым, кто к нам обратился (причем никаких объявлений мы не помещали, но в городе все знали).
АЛЕКСЕЙ ПОДШИВАЛОВ: Был восьмым или девятым, а стал третьим в трио.
Корр.: А вы действительно хотели играть в "Меридиане"?
А. П.: Да. Это не было, конечно, мечтой всей моей жизни, ведь трио было самодостаточно. Но то, чем они занимались до меня, мне ужасно нравилось, и по духу я к тому моменту созрел - тумблер какой-то переключился - и я понял: надо.
Н. С.: Потом мы с удивлением узнали, что Леша закончил Московский институт культуры, он играл в одной команде с Леонидом Агутиным, на саксофоне, но тогда мы его видели в первый раз. И он показал, что умеет и петь, и играть на гитаре.
Корр. А с Агутиным вы вместе учились?
А. П. В одной группе, причем я в ней был старостой. У нас недавно было 10 лет выпуска, мы собирались.
Корр. А до "Меридиана" вы где-то играли?
А. П. После института - нет, это осталось только как хобби.
Н. С. Он занимался мелким бизнесом, надо было как-то кормить семью.
А. П. Хотя и понимал, что это не мое, просто вынужден был. Наверное, я ждал именно этого. И ладно еще у меня в 35 лет жизнь так вывернулась, а ребята-то постарше, и жизнь вдруг так круто меняется. Ни от чего зарекаться не приходится.
Н. С.: Я хотел бы добавить еще к первому вопросу - чего стоит ожидать от концерта. Ведь когда в декабре прошлого года Леша приступил к репетициям, задача ставилась восстановить за год наши лучшие песни, хотя бы тридцать самых известных: это и "Прекрасное далеко", и "Романс морских офицеров", и "Вальс одиночества", потому что зритель обязательно будет их требовать. Работа была огромная и по пению, и по гитаре. Он пел, но не нашим голосом, в своей манере, а надо было вписаться в "Меридиан". По вокалу с ним Надя занималась, чтобы он мог адаптироваться быстрее. И манера игры на гитаре у него была, что называется, не "битловская". Мы вовсе не хотели ему запрещать петь так, как ему нравится, это не должен быть второй Володя Ситанов, он же живой человек, пусть раскрывается как личность, пусть будет немного другой "Меридиан". И он показал очень хорошую обучаемость, что нас вдохновило. К первоначальной задаче прибавилась другая - чтобы появилось и что-то новое. И это новое появилось. Немного, конечно, но много и не нужно в таких условиях. Так что 30 ноября мы ждем всех на концерте. Будем петь в своем любимом стиле свои любимые песни.

16 / 08 / 2010, 13:51

Газета «Частник», Иваново,

К списку статей